Printed fromJewishIrk.com
ב"ה

С сединой приходит мудрость

Воскресенье, 15. Декабрь, 2013 - 10:12

Fullscreen capture 15122013 121220 AM.jpg Главный раввин Иркутской области – о кошерности, детях и гаджетах 

Десять лет назад Аарон Вагнер вместе со своей женой волею судьбы оказался в Иркутске. За эти годы Аарон успел отреставрировать синагогу, обзавестись четырьмя ребятишками и… поседеть. Своими размышлениями о пролетевших годах и современном мире главный раввин Приангарья поделился с читателями газеты «Иркутск».

– Расскажите, пожалуйста, что, кроме иудейского религиозного образования необходимо, чтобы стать раввином?

– Раввину, который живет в России, нужно уметь все. В других общинах мира раввин проводит молитвы и является духовным лидером общины. В России же на раввина возлагается намного больше: ему необходимо восстанавливать старые традиции, учить иудаизму, заниматься строительством, привлекать финансовые средства...

– Ваш отец является раввином Центрального федерального округа, младший брат – раввином Красноярского края, вы возглавляете еврейскую общину Иркутской области. Выходит, что над российским еврейским обществом фактически стоит одна семья?..

– Вы так говорите, будто это какой-то намеренный захват территории. Это не так. Я думаю, дело в воспитании. Отец всегда посвящал себя общественной жизни, и мы с детства перенимали это. Но титул раввина меня никогда не интересовал. Еще за полгода до своего приезда в Иркутск, в разговоре с одним раввином я уверенно заявлял: «Я раввином никогда не буду, это не мое».

– Получается, в раввины вас не прочили, да и сами вы на эту должность не рвались. И все-таки как оказались во главе еврейской общины?

– Главный раввин России пожаловался на нехватку кадров и сказал: «Нужно работать!».

– И ведь тогда перед вами встал выбор: стать раввином Иркутской области или Казахстана. Почему выбрали Иркутск?

– Еще до принятия решения я побывал и в Иркутске, и в Алма-Ате. Оба города понравились. Когда впервые оказался здесь, подумал: «Какой теплый, уютный город!». Решение принял в последний момент, да и то по совету президент федерации еврейских общин России. Он мне так и сказал: «Ну и что, ты решил в Казахстан? Ты с ума сошел что ли? Езжай в Иркутск, там хорошие люди». И я уехал в Иркутск.

– И вот вы уже десять лет в Иркутске… Не пожалели о своем выборе?

– Ни разу. Здесь я оказался в окружении удивительных людей, на которых можно положиться, которым можем доверять, которые стали поистине родными…

– Несколько лет назад в одном интервью вы сказали: «Когда я приехал в Иркутск, у меня не было ни одного седого волоса. А сегодня я почти наполовину седой». Это так на вас повлиял переезд в Иркутск и большая ответственность, которая легла здесь на плечи?

– Дело не только в Иркутске. Как говорит моя жена, с сединой приходит мудрость. Нигде не написано, что жизнь должна быть легка. Легкая жизнь – это скучная жизнь.

– Вы возглавляете еврейскую общину Иркутской области на протяжении десяти лет. За эти годы было сделано немало: например, реконструировали синагогу, построили еврейский детский сад. Чего еще достигла община за последние годы?

– Открытие синагоги и детского сада – это большие, помпезные события. Но есть и такие, которые остались за пределами внимания прессы. Например, мы случайно обнаружили в Куйтуне бывшее еврейское кладбище. Если бы ненароком не наткнулись на документ, подтверждающий этот факт, то на этом священном месте могло бы появиться очередное кафе или что-то другое. С исторической точки зрения, это не менее важно, чем открытие синагоги. Иногда оглядываешь и понимаешь: а ведь мы создаем историю!

– А зачем еврейской общине иметь собственный детский сад? И как там воспитывают малышей?

– Когда-то иркутская еврейская община имела не только свой детский сад, но еще школу и училище. И мы сейчас идем по пути восстановления утраченного. Важность еврейского детского сада состоит хотя бы в том, что дети там получают кошерную еду. Она соответствует не только требованиям Роспотребнадзора, но и религиозным правилам.

– Ваш детский сад могут посещать лишь дети еврейской национальности или любые малыши?

– Ограничений нет, но у детей, воспитывающихся не в еврейской семье, может возникнуть каша в голове. Например, если мы отмечаем новый год в сентябре, то не нужно ожидать, что в январе в детском садике появится Дед Мороз и Снегурочка.

– Мы так плавно перешли к теме детей, а у вас их, как я знаю, четверо. Как вы их воспитываете?

– Единого рецепта нет. Каждый ребенок – уникальный, «штучный» продукт, личность, которая требует отдельного подхода. Главное – это общение. И евреям в этом плане везет – у нас есть суббота. В субботу мы не работаем, отказываемся от всех электронных средств и полностью посвящаем себя семье.

– Расскажите, как проходит привычная суббота в вашем доме.

– С утра мы отправляемся всей семьей в синагогу – пешком, не на машине, независимо от погоды. Затем возвращаемся домой, накрываем стол, принимаем гостей, читаем книги, играем в шахматы, шашки, собираем с детьми конструктор. Торопиться некуда – нет ни звонков, ни смс, ни фейсбука. Кстати, как бы это странно не звучало, но наша суббота начинается еще в пятницу вечером – уже тогда мы откладываем в сторону свои гаджеты, рабочие бумаги, жена начинает готовить блюда для завтрашнего обеда…

– Трудно ли целый день обходиться без современных технологий?

– Да нисколько. Бывает, что сталкиваюсь с мелкими трудностями – например, приходится долго стоять долго у подъезда и ждать, пока кто-нибудь откроет дверь – ведь ключ-то электронный и им пользоваться нельзя.

– Неужели доходит до таких мелочей, как ключ?!

– Конечно. Это ведь не игра какая-то, где можно сделать отступление. Из-за незнания людьми еврейской культуры иногда случаются казусы: к примеру, иду я в субботу по улице, останавливаются знакомые на машине и восклицают: «Что случилось? Почему вы пешком идете? Садитесь, я подвезу». Я отвечаю, что сегодня нельзя. «Да какая разница – никто не видит!». Но для меня нет разницы, видят или нет.

–Когда создавались священные книги иудаизма – Талмуд, Тора, Танах – еще не было таких реалий, как сотовые телефоны, телевизоры, Интернет, автомобили. А как же сегодня определяется кошерность того или иного явления?

– Заповеди Бога вечны и не связаны с развитием технологий. Гаджеты – это лишь инструменты. И в том числе помогающие развитию еврейской общины: например, перед субботней молитвой сотни людей получают смс-сообщение с указанием времени зажжения свечей. Ко мне часто приходят как к раввину и спрашивают: а кошерно ли то или другое? Я отвечаю: каждый сам для себя решает, какой уровень кашута соблюдать.

– Пока я ждала вас в приемной, полистала интересный еврейский журнал и вот что обнаружила: имя Бога везде пишется не полностью, а через черточку: «Б-г», «Б-жий». Почему?

– Если Бог - это святое, то его имя на бумаге – это священное писание. Его нельзя стирать и вычеркивать. Поэтому в несвященных текстах мы пишем «Б-г» через черточку – само слово не написано, а смысл понятен. Из таких мелких деталей, кстати, и складывается вера и трепетное отношение к религии.

Яна Шутова

Фото Марины Свининой

Комментарии: С сединой приходит мудрость
Нет добавленных комментариев